1. МГД желает усилить санкции по широкому спектру "антиэкстремистских" позиций УК, от убийства и разных иных насильственных действий по мотиву ненависти до публичных призывов к экстремистской деятельности, возбуждения этнической и прочей вражды и участия в экстремистском сообществе или в запрещенной за экстремизм организации.
Предложения суровые - и бессмысленные. По всем этим статьям судьи никогда не подбираются к установленному сейчас максимуму. Так что никакой потребности ужесточать наказания нет. Это - если не вдаваясь подробности.
Вдамся только в одну. Предложение увеличить срок по части 1 ст. 282 УК (самой известной у нас) обычно мотивируется тем, что поскольку потолок наказания по ней - 2 года лишения свободы, то и срок давности невелик, а вести дела о пропаганде - это долго. И дела просто не успевают довести до приговора, были прецеденты. На это хочется сказать одно: а работайте быстрее немного. Или перестаньте опираться на экспертизы, которые делаются месяцами, но это уже другой разговор.
Но, по крайней мере, идея искусственно увеличить срок давности по такого рода преступлениям - хотя бы обсуждаема.
2. МГД желает отменить суд присяжных для убийств по мотиву ненависти. Ради этого они даже пошли на "смягчение закона" - исключили из этого пункта смертную казнь, которая, как известно, и так не применяется.
Видимо, эта новелла основана на популярном мифе, что "присяжные оправдывают расистов", потому что присяжные и сами у нас расисты, как и весь наш народ. Даже не споря про весь народ, можно заметить, что и судьи тогда тоже, наверное... И вообще, тогда присяжным лучше не доверять судить воров, потому что заповедь "не укради" тоже не очень популярна в нашей стране. А на самом деле, если присяжные когда и оправдывали расистов целиком или по части эпизодов, так это - почти всегда - просто из-за вопиюще плохой работы следствия и обвинения.
3. МГД вернулась к собственной идее 2007 года - запретить упоминать в СМИ национальность участников криминальных эпизодов, хоть нападавших, хоть жертв. Тогда этот законопроект увяз в Думе, так как федеральный законодатель оказался мудрее столичного. И вот теперь снова. Придется снова повторить, что это - глупая идея. И мягче не скажешь.
Для любого ограничения свободы слова должно быть выдвинуто достаточное и законное основание. В данном случае такое основание - провоцирующий характер присущего многим изданиям этнического "языка вражды". Да, есть такая проблема. Но этнический "язык вражды" возможен и без прямого упоминания этнонимов, чему постоянно дает блестящие подтверждения "МК". Так что запрет просто не будет работать.
Законопроект написан в предположении, что запрет - адекватная и пропорциональная мера во всех случаях негативного воздействия текстов на граждан. Не хотелось бы, однако, это предполагать, а более детально вопрос в МГД, похоже, не рассматривался.
Вообще, журналистов учат, что называть ту или иную характеристику персонажа репортажа следует тогда, когда это имеет значение, а когда не имеет, не следует. Если А зарезал Б, потому что счел, что Б таджик, то это важно (даже если Б при жизни считал себя кем-то еще). А если А совершал преступления, выдавая себя за африканского дипломата, то существенно, что он сам чернокожий (реальная история). Мосгордума решила изменить эти журналистские правила под угрозой административного штрафа. Очень слабая идея.
Кстати, в первом чтении законопроект содержал совершенно другую идею: не запрет называть национальность, а - цитирую - запрет на "Злоупотребление свободой массовой информации, выразившееся в распространении непроверенной информации под видом достоверных сообщений, порочащих граждан по признакам пола, возраста, расовой или национальной принадлежности, языка, отношения к религии, профессии, места жительства и работы, а также в связи с их политическими убеждениями, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния". Иначе говоря, предлагалось ввести административную, мягкую альтернативу ст. 282 УК. Идея спорная, но вполне пригодная для обсуждения.
Что же будет с законопроектом? Скорее всего, его постигнет участь предыдущего: его похоронят в Госдуме. Почему тогда о нем вообще надо говорить? Потому что идея решать проблемы методом ужесточения запретов не умрет вместе с ним.