2 мая – 150 лет со дня рождения Василия Розанова: самого свободного, самого противоречивого, самого отважного русского писателя. Писателя-пророка: такой дар, такая работа.
Когда в 1946 году в своей Фултонской речи, от которой отсчитывают начало холодной войны, Черчилль ввел метафору "железный занавес", он стал невольным плагиатором. За 29 лет до этого – в 1917-м – Розанов написал: "С лязгом, скрипом, визгом опускается над Русскою Историею железный занавес". Он умер в 19-м, очень многое угадав, успев написать и о России сегодняшней тоже.
«Вся русская "оппозиция" есть оппозиция лакейской комнаты, т.е. какого-то заднего двора - по тону: с глубоким сознанием, что это - задний двор, с глубокой болью - что сами "позади"; с глубоким сознанием и признанием, что критикуемое лицо или критикуемые лица суть барин и баре». «Громадная картина Репина "Заседание Государственного Совета"... просто не знаешь, что о ней думать... Ни в каком месте, ни на улице, ни в частном собрании, ни в театре, ни в церкви, я не видал людей, собранных в таком множестве, между которыми нет ни одного лица замечательного, красивого или просто характерного!.. Точно торговцы Александровского рынка оделись в мундиры, которыми они торгуют... Цена мундира тысячная, а носит его – нищий. Еще со спины глядишь – ничего... И колдун этот Репин: сперва я сказал себе: "где же его талант?.. Как все серо тут: бессильна кисть". Но к концу разглядыванья я догадался: "хитрец! он именно дал только то, что видел: ничего больше"».
«Право, русские напоминают собою каких-то арабов, странствующих по своей земле...»
«...Да я и еще скажу, уж скажу отчаянно: от колен до пупка - Азия, от ребер до верхушки головы... Аполлон Бельведерский, Эллин, Рим и Франция.
"А Русь лежит на боку". Оттого и "на боку", что являет Азию и Европу. Разберите-ка, где тут верх и низ, перед и зад. Это - не страна, а чепуха.
Это наше отечество. Тут "ничего не разберешь". И я его люблю».
«Чувство Родины - должно быть строго, сдержанно в словах, не речисто, не болтливо, не " размахивая руками " и не выбегая вперед (чтобы показаться).
Чувство Родины должно быть великим горячим молчанием».
«Хороши делают чемоданы англичане, а у нас хороши народные пословицы».
«Губы - улыбаются. А, это уже не еда. Губы вообще для цивилизации, а не для еды. И вот цивилизация начинается с улыбки».
«На предмет надо иметь именно 1000 точек зрения. Не две и не три: а – тысячу. Это – "координаты действительности " . И действительность только через 1000 точек на нее зрения и определяется».
«Даже не знаю, через " ѣ " или " е " пишется " нравственность " . И кто у нее папаша был - не знаю, и кто мамаша, и были ли деточки, и где адрес ее - ничегошеньки не знаю».
«Я еще не такой подлец, чтобы думать о морали».
«Никакой человек не достоин похвалы. Всякий человек достоин только жалости».
«Мир – он страшный. Он лютый. Я боюсь мира и не уважаю его. Я люблю в мире только маленькое.
Я друг маленького.
Человечество? Я об нем никогда не думаю. Я слишком люблю людей, чтобы думать о человечестве».
«Частная жизнь выше всего… Просто, сидеть дома и хотя бы ковырять в носу и смотреть на закат солнца… Все религии пройдут, а это останется: просто - сидеть на стуле и смотреть вдаль».