Начинать записи в рубрике "Историческая комиссия" в очередную годовщину начала Войны, когда только что закончил
две передачи этому самому началу посвященные, в этом что-то есть. Для меня - нечто личное. А вместе с тем - избыточно и фальшиво пафосное. Но так уж получилось. Я обещал коллегам начать именно сегодня.
Личное понятно. Я родился в Советском Союзе во время той самой Великой Отечественной. Как и у многих моих соотечественников, на ней воевали мои близкие, погибли несколько моих родственнников. Я играл в эту войну почти все мое детство. Слушал вполуха рассказы тогда еще многочисленных живых ее участников. Иногда, как я теперь понимаю, завиральные. Но все-таки, в отличие от того, что писали тогда в книжках, не лживые. Потом прочел и другие книги и, став историком, познакомился с сотнями, наверное, мало кем читаных документов военной поры, воинских мемуаров, ученых изысканий о войне, взял десятки интервью о ней и сделал (опять же десятки!) о ней радиопередач.
Великая Отечественная тоже на месте не стояла. На моих глазах от ран, от обретенных в военную пору болезней, от старости и тягот жизни из нее уходили пережившие войну люди; запомнившиеся с детства майские застолья взрослых "помянем, чем бог послал" (вспоминали всегда не только май 1945-го, но чаще 22 июня 1941-го) сменились фанфарным казенным "праздником с сединою на висках". Как грибы после дождя, множились патетические россказни о войне, услужливо переписываемые "литературными неграми" при каждом новом извиве "генеральной линии". На моей памяти появилась и новая, горько правдивая литература о войне, создававшаяся ее участниками. Солженицын, Адамович,
Быков, Астафьев... Правдивые, негенеральские мемуары. Воспринятая в штыки начальством книга Некрича и выступление в ее защиту генерала Григоренко. Как и многие мои современники, я оказался свидетелем частичного отказа от казенной лжи прежнего времени – российской публикации правды о Катыни, "обнаружения" секретных протоколов "пакта Молотова-Риббентропа", ранее объявленных в СССР несуществующими, рассекречивания тысяч раньше скрываемых документов войны и бессмысленного утаивания тысяч других.
В то же самое время Война из факта жизни превращалась в "наше всё", в главный героический миф продолжающей и сегодня свою старческую пенсионную жизнь "советской цивилизации". Количество создателей его уже превышает сокращающееся число остающихся в живых ее участников. А накопление создаваемых платными сочинителями героических сказок и небывальщины по темпам уже обогнало и прирост вводимых историками в оборот документов Войны, и возникновение их новых научных работ.
Казалось бы, тут нет ничего нового, это даже "нормально": великие битвы прошлого по мере ухода из жизни их участников и свидетелей обычно превращаются в мифы. Но, заметьте: при этом остаются фактом истории и объектом углубленного научного изучения. Особенность же насаждаемого сегодня в России героического мифа Великой Отечественной в том, что он деятельно перевирает прошлое в угоду нынешней политической власти, все более откровенно идентифицирующей себя с советской властью прошлого. Отсюда заказ на моральное оправдание этого прошлого, переломной точкой которого оказалось 22 июня 1941 года.
В канун нынешней годовщины начала германо-советской войны российское телевидение анонсировало "документальный" фильм, который выпустят на телеэкран в августе. А в нем и "доказательства" правильности пакта Молотов-Риббентроп (ведь Запад же тоже хотел заключить пакт с Гитлером!), и воспевание политической мудрости "эффективного менеджера" Сталина, придумавшего столь не простое, но остроумное решение. Показательно, что среди тех, кто отстаивает эту "новую правду о войне", историки - члены ("по согласованию" - так против их имен значится в президентском указе) Комиссии "по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России". Вот и согласовали! Но надо понять, что такого рода построения на "интересы России" отнюдь не работают. Они обрекают выкраиваемую по советским лекалам "новую мифологию" Войны на участь прежнего советского исторического мифа – на показуху и при этом циничное равнодушие к нему (и к отечественной истории вообще) новых поколений россиян. (Это ведь было уже: с энтузиазмом отмечали и "годовщины Октября", и День Советской Армии, не веря при этом ни в мифы "Великой Октябрьской социалистической революции", ни в выдумки о 23-м февраля.) И никакие ритуалы - ни траурная музыка и метроном, ни цветы к Вечному огню у могилы Неизвестного солдата новую казенную мифологию Войны от этого возрождаемого ею отношения не спасут…
Я решительно не хочу становиться участником этой ритуальной показухи и кормежки монстра "новой военной мифологии". 22 июня для меня остается днем памяти поколения, к которому принадлежали мои родители. Мне хотелось бы, чтобы о нем с уважением вспоминали и мои дети, и внуки. А для этого им и их сверстникам нужно знать, что 22 июня это не просто день, когда по телику крутят советские кино о подвигах военных чекистов и пикирующих бомбардировщиках и чиновные дядьки в галстуках поправляют ленточки у не ими принесенных к Вечному огню венков. Это день, когда сломалась История. Но чтобы понять это, нужно эту историю знать. Именно ее. А не новый миф о Войне. Ну, вот поэтому я и пишу все это сегодня.