40 лет назад члены экипажа американского космического корабля "Аполлон-11" Нил Армстронг и Джеймс Олдрин впервые в истории освоения космоса высадились на поверхность Луны. Миссия "Аполлона" стала кульминацией лунной программы, над которой в США работали 8 лет.
За посадкой "Аполлона-11" на лунную поверхность в прямом телевизионном эфире наблюдали сотни миллионов зрителей во всем мире. Исключением стали жители лишь нескольких стран, в том числе Китая и Советского Союза. Журналисту Радио Свобода
Владимиру Ведрашко тогда, в 69-м, было 12 лет. Он рассказывает:
- Несколько недель летом мы жили на даче в подмосковной Салтыковке. Там у нас был телевизор. От взрослых я слышал, что американцы снова полетели к Луне. Но теперь запланирован выход на её поверхность. Почему-то запомнилось, что посадка будет примерно в полночь по московскому времени. Я обрадовался: почти как встреча Нового года. В тот день я подождал, пока все улягутся, и включил телевизор. Передачи уже закончились, на экране было лишь мерцание и черная рябь. И еще характерное шипение пустого эфира. Это сейчас телек крутят круглосуточно, а тогда в 11 вечера всё заканчивалось. Кстати, то, что взрослые пошли спать, меня не удивило: с точки зрения подростка, взрослые вообще странные люди.
Я всматривался в пустой экран, и воображение уже начинало рисовать - сквозь мерцание телевизора - какие-то зыбкие очертания лунной поверхности. А шипящий звук пустого эфира всё больше, как казалось, походил на характерные "космонавтские" звуки, подобные битловским переговорам в желтой подводной лодке: Action stations! Action stations! Captain! Captain!
Я терпеливо ждал, пока антенны и передатчики, как я был уверен, настроятся и изображение и звук станут - пусть далекими и с помехами - но явно различимыми... Однако посадку на Луну мне так и не показали. А ведь в школе я с энтузиазмом пел: "Обещают космонавты и мечтатели, что на Марсе будут яблони цвести" и "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!" Для меня слово "мы" означало: люди, все люди, земляне. Мне тогда в голову не приходило, что "мы" - это сказано только про советских людей. А все остальные - это "они".
Ведь холодная война, обособленность, закрытость - это от бессилия, бескультурья и, соответственно, бедности
Прошли десятилетия, мир давно оттаял от "холодной" войны, потеплел. И я думаю, произошло это не по воле каких-то правителей, а в большой мере потому, что появились средства коммуникации, которые преодолели любое разделение, любые запреты и даже пропаганду сделали бессмысленной. Ведь холодная война, обособленность, закрытость - это от бессилия, бескультурья и, соответственно, бедности и - что главное для меня, мальчишки из 1969 года - от нелюбви к своим детям, которые мечтают об открытом мире и об открытии новых миров.
Но вот недавно одна русская студентка сказала мне, что не любит американцев, потому что они, по её словам, слишком много о себе возомнили. И я подумал: уж не вернулось ли то давнее противопоставление: "мы" и "они"? Если так, то остаётся всё же надежда, что свобода информации растопит эту неприязнь. Ведь - спасибо Интернету! - нынешних подростков уже трудно будет лишить возможности увидеть в недалёком будущем посадку космонавтов на Марс.
***
Всего на поверхности Луны работали шесть американских экспедиций. В 1971 году астронавт Алан Шепард тайком провез на Луну клюшку для игры в гольф. Через три с половиной десятилетия в рамках рекламной кампании космический удар гольф-клюшкой произвел и российский космонавт. Обозреватель Радио Свобода
Ирина Лагунина – знаток гольфа.
- Газета "Нью-Йорк Таймс" недавно написала, что НАСА знало о том, что готовит Алан Шепард. Однако историки гольфа все-таки предпочитают другую версию: приятель Шепарда из НАСА уступил настояниям астронавта и сделал для него специальную складную клюшку. Головка – "шесть-железо", ручка – ручка от прибора, которым астронавты собирали лунный грунт.
Это была первая научная экспедиция на Луну: астронавты привезли тогда на Землю около 50 килограммов лунной пыли. И, конечно, это было ребячеством – первый астронавт США (он вышел в космос 5 мая 1961 года – меньше чем через месяц после Гагарина) был еще и заядлым гольфистом. В отличие, кстати, от российского космонавта Михаила Тюрина, которому пришлось брать уроки гольфа перед тем, как он 35-ю годами позже запустил мяч с борта международной космической станции. Кстати, несмотря на уроки, Тюрин удар смазал.
Может быть, "шесть-железо" не самый удачный выбор для Луны, потому что это довольно плоская клюшка и ею трудно выбить мяч из пыли. Считается, что именно поэтому Шепард тоже смазал первый мяч. Зато второй полетел довольно далеко. На видеозаписи Шепард говорит, что на мили. Но потом по траектории полета было установлено, что он мог пролететь от 170 до 300 метров. Что тоже неплохо, особенно если учесть, что из-за громоздкого костюма астронавта Шепарду пришлось бить по мячу одной правой рукой. Сам Шепард объяснил, что пронес в рукаве клюшку для того, чтобы оценить отсутствие гравитации. Клюшка сейчас в музее Гольфовой ассоциации штата Нью-Джерси.
Надо сказать, что когда пленка была показана, это вызвало волну возмущения у скептиков, которые кричали, что, дескать, вот на что тратятся деньги налогоплательщиков. Но эта шутка Шепарда – на третьем месте в ряду радостных событий в американской истории освоения космоса после первого полета и первой высадки на Луну.
И вот еще один любопытный момент, отличие российского от американского космического гольфа. Российский удар был рекламной акцией канадской компании "21-й элемент", производящей оборудование для гольфа. А в случае с Шепардом даже не известно, по каким мячикам он бил, потому что это было бы уже просто недозволительной рекламой. НАСА и реклама – две вещи по закону несовместимые.
Ну, и уж если говорить о различиях в подходах... Помните фразу Гагарина – "Поехали"? А знаете, что сказал перед стартом первый американский астронавт Алан Шепард? "Боже, дорогой, пожалуйста, не дай мне облажаться". Это вошло в историю под названием "Молитва Шепарда".