Американский финансист
Бернард Мэйдофф, организатор гигантской финансовой пирамиды, отбывающий 150-летний срок, ведет в тюрьме интенсивную и не лишенную занимательности жизнь. Правда, он говорит, что у него рак, и принимает в день двадцать таблеток, но газета "Нью-Йорк Пост" высказывает предположение, что он обманет и смерть.
Зэки уважают Мэйдоффа и ищут с ним контактов. Заключенные-индейцы пригласили его на традиционные посиделки, происходящие раз в неделю и включающие в себя потение в сауне, что, как считают индейцы, очищает тело и душу. Другие зэки в знак приязни готовят ему какие-то особенные сандвичи. С индейцами соперничают гомосексуалы, отношения с которыми у "Берни", впрочем, остаются чисто платоническими, пишет та же газета (забудем на этот раз, что платонической когда-то называлась именно гомосексуальная любовь, отнюдь не девственное воздержание).
Тюремный режим в этом месте предусматривает работу заключенных. Сейчас Берни красит на зоне заборы. Насколько хватит этой работы, не сообщается, но тут интереснее другое – чисто литературные ассоциации. Известно, как справлялся с такими заданиями Том Сойер: уступал это интересное занятие другим ребятишкам за посильную мзду – с кого кусок пирога, с кого яблоко. Неизвестно, работают ли за Мэйдоффа другие зэки, но сандвичи они ему делают.
Я не берусь судить об особенностях психологии уголовников и о нравах в местах заключения, мой опыт слишком скромен для этого. Но тут можно увидеть некое общечеловеческое свойство: люди уважают большой масштаб, величину охотно отождествляют с величием. Еще бы не великий человек, который "кинул" собратьев на сумму свыше 65 миллиардов! Тут вспоминается другой эффективный менеджер – Сталин, сказавший, что убийство одного человека – трагедия, убийство миллионов – статистика. "Менеджмент" может быть негативной величиной, главное, что это – величина. "Биг шот", как говорят американцы, что значит на сленге "крупная шишка", но буквально – "большой выстрел". Чем больше выстрелов, тем эффективней.
Впрочем, разница есть: Сталина, в отличие от Мэйдоффа, в тюрьму не посадишь – мертв. А Берни жив и еще обманет смерть.