В рубрике "Переслушивая Свободу" мы предлагаем вашему вниманию фрагмент интервью Александра Солженицына, посвященного теме глушения западных станций. Писатель дал его корреспондентам газеты "Монд" и агентства "Ассошиэйтед Пресс" в 1973 году. Солженицын находился еще в Советском Союзе, и поэтому записи его голоса к тому времени на радио еще не было. Наш диктор читает перевод с французского текста, вышедшего в "Монд". Запись 73-го года, эфирный повтор – 30 августа 79-го.Диктор: "Напрасно в прошлом году я пытался в моей Нобелевской лекции осторожно обратить внимание на два неравных масштаба оценки размаха и морального значения событий. Я пытался обратить внимание на то, как можно себе позволить называть "внутренними делами" события в тех странах, которые решают судьбы мира. Я также напрасно указывал на то, что глушение западных радиопередач в странах Востока создает атмосферу, похожую на обстановку накануне катастрофы, сводит на нет международные договоры и гарантии, которые таким образом не существуют в сознании половины человечества. Я думал, что положение преследуемого писателя, читающего лекцию не с прочной трибуны, а с тех самых скал, где образуются и откуда сползают мировые глетчеры, я думал, что его предупреждения хоть немного привлекут внимание рассеянного, безразличного мира.
Что означает глушение радиопередач, нельзя объяснить тому, кто лично этого не испытал, кто годами этого не переживал. Это ежедневные плевки в уши и в глаза
Я ошибся. То, что было сказано, как будто вообще не было сказано, и, может быть, бесполезно было бы это повторять теперь. Что означает глушение радиопередач, нельзя объяснить тому, кто лично этого не испытал, кто годами этого не переживал. Это ежедневные плевки в уши и в глаза, это оскорбление и снижение человеческой личности до состояния робота, будь это глушение осуществлено способом полного молчания, путем глушащей пилы или путем дешевой музыки. Это принижение взрослого человека до состояния ребенка: ешь только мамину кашку.
Москва и Ленинград парадоксально сделались наименее осведомленными столицами мира, их жители стараются узнать новости у приезжающих из сельских областей. Там, из-за экономии (эти глушилки обходятся очень дорого нашему населению), глушение менее сильно, однако, по словам жителей разных районов, глушение за последние несколько месяцев распространилось на новые местности и усилилось.
Вспоминается судьба Сергея Ханжонкова, который уже до 1973 года просидел 7 лет в тюрьме за то, что пытался или только намеревался взорвать глушительную установку в Минске. И, однако, если говорить о стремлениях, присущих каждому человеку, то нельзя считать преступлением то, что является актом борьбы за общий мир. Общую цель удушения мыслей в нашей стране можно было бы назвать "китаизацией", то есть осуществлением китайского идеала, если бы этот идеал уже не воплотился у нас в 30-х годах".