Президент и премьер: сохранится ли тандем газа и нефти?

Корни кризиса в отношениях президента и председателя правительства, на который в последнее время намекают эксперты, при детальном рассмотрении уходят в нефтегазовый комплекс, считает бывший начальник департамента экономического регулирования Минэнерго России.


Недавно правительство отказалось от планов повысить налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) и экспортную пошлину на газ, несмотря на то, что эта мера была заложена в бюджет следующего года. Причина такого решения правительства страны – возражения "Газпрома". В сумме эта мера должна была дать бюджету 60 млрд рублей в непростом для него 2010 году. Все попытки Минфина увеличить налог наталкиваются на контраргументы "Газпрома", которые находят понимание и поддержку на высшем уровне.

НЕФТЕГАЗОВАЯ ДИКТАТУРА

Ситуация, когда "хвост рулит собакой", стала очевидна сразу же после избрания 2 марта 2008 года председателя совета директоров "Газпрома" Дмитрия Медведева президентом России.

Только в 2008 году "Газпром" получил от государства на бесконкурсной основе лицензии на 10 участков с суммарными запасами газа более 4 трлн кубометров, заплатив за них всего 19,2 млрд рублей. Если бы месторождения продавались с аукциона, их цена, по расчетам экспертов, могла бы увеличиться до 100 миллиардов.

Поведение "Газпрома" все больше напоминает поведение того купца, у которого "за все уплочено". Вот и сейчас вслед за почти бесплатными месторождениями он просит предоставить налоговые каникулы и отменить экспортную пошлину на газ, добываемый на востоке страны.

"Газпром", впрочем, не одинок. Примерно так же – и давно, с момента нефтяного бума – ведут себя крупные нефтяные компании, требуя для себя все новых и новых льгот и тем самым усугубляя "голландскую болезнь" нашей экономики.

Именно "голландская болезнь" является причиной нынешнего столь глубокого обвала экономики России. Эта болезнь терзает нашу страну с 1973 года – года первого скачка цен на нефть, вызванного эмбарго арабских государств на поставку нефти странам, поддержавшим Израиль в Войне Судного дня. Война подняла цены на нефть и тем самым, возможно, навсегда оставила Россию по уровню научно-технологического развития в середине 70-х годов, лишив ее участия в начавшейся тогда же гонке развивающихся стран за прямыми иностранными инвестициями. (И до сих пор с упорством маньяка Россия самоубийственно поддерживает все, что помогает ценам на нефть расти, даже смертельно опасные для нее самой ядерные амбиции Ирана).

Рост мировых цен на нефть сопровождается укреплением рубля, что делает Россию неконкурентоспособной в этой гонке. Этот рост губит производство всех конкурирующих с импортом экспортируемых товаров (кроме нефти и газа), но способствует развитию сферы услуг и строительству, где конкуренции с импортом нет.

В условиях падения цен на нефть от нехватки денег (сегодня для России снижение среднегодовой цены на нефть на 1 долл/баррель оборачивается только прямыми потерями бюджета на 2,5 млрд долл/год), прежде всего, страдает сфера услуг и останавливается строительство жилья. Хотя рубль при падении мировых цен на нефть и ослабевает, что вроде бы должно способствовать процессу импортозамещения, немодернизированное, если уже не разрушенное в "тучные" годы, производство не дает возможности в короткие сроки наладить выпуск конкурентоспособной продукции.

Когда в 1984 году мировые цены на нефть упали впервые, именно "голландская болезнь" послужила экономической причиной развала Советского Союза: пытаясь сохранить только за собой пересыхающий поток нефтедолларов, РСФСР 12 июня 1990 года приняла декларацию о государственном суверенитете.

Позже примеру РСФСР последовали нефтедобывающие республики уже в самой РФ - Татарстан и Чечня, так что "голландская болезнь" является угрозой разрушения и Российской Федерации.

В "голландской болезни" Украины роль нефти и газа играют черные металлы. Избежать деиндустриализации и развала сельского хозяйства, вызванных этой болезнью, из развитых стран СНГ удалось только Белоруссии. И не только потому, что у нее нет нефти и газа и черных металлов, но и благодаря ее отказу от перехода во внутренних расчетах на российский рубль.

Несколько лет назад газета "Коммерсант" опубликовала статью автора этих строк и Екатерины Тумановой "Голландско-русская болезнь. Чьи доходы ограничивать?", в которой обращалось внимание на то, что потеря конкурентоспособности российскими предприятиями в условиях роста нефтяных цен – "голландская болезнь" экономики - есть следствие не только укрепления рубля, но и необоснованного, с точки зрения производительности труда, роста зарплат в стране.

В нашей статье доказывалось, что генератором роста зарплат - сначала в нефтегазовом секторе, а потом и по всей стране - служит резко возросшая в 2005 году разница между рыночной ценой российской нефти Urals и фактической экспортной ценой, по которой российские компании продают свою нефть зарубежным нефтетрейдерам. Было очевидно, что эти нефтетрейдеры, зарегистрированные, как правило, в офшорах, являются либо "дочками" нефтяных компаний, либо просто находятся в собственности их руководителей.

Действующее законодательство позволяет руководству нефтяной компании на вполне законных основаниях давать "своим" нефтетрейдерам скидку до 20% от рыночной цены и получать достойный бонус к своему окладу при минимальных налоговых вычетах. И хотя эта прибавка к зарплате руководства остается за границей, она, тем не менее, стимулирует повышение зарплаты внутри страны: сначала остальным сотрудникам этой нефтяной компании, а затем по конкурентной цепочке на рынке труда – остальным жителям страны. В конечном итоге, именно она заставляет правительство повышать пенсии и зарплаты бюджетникам, что многими экономистами рассматривается как первопричина высокой инфляции.

Для борьбы с ней Минфин еще 10 ноября 2005 года предложил ограничить темпы прироста зарплат в госкомпаниях. Но, как с НДПИ теперь, та давняя попытка умерить аппетиты "Газпрома" и других сырьевых гигантов не была поддержана на высшем уровне.

Как не увенчалась успехом и попытка Минфина провести через Госдуму закон о трансфертном ценообразовании. Для справки: обычно применяемый в международной торговле принцип "правила вытянутой руки", по которому цены взаимосвязанных в бизнесе организаций, между которыми совершаются сделки, не должны отличаться от цен невзаимосвязанных, к российским компаниям может и не применяться только потому, что в России нет закона о трансфертном ценообразовании. Минфин проект такого закона подготовил, но администрация президента предложила альтернативный вариант и тем самым заблокировала его.

КТО ДЕРЖИТ ОБОРОНУ

До определенного момента все могли только удивляться тому, насколько успешно защищают сырьевики свои интересы. Позже многое стало ясно.

Все встало на свои места после появления в СМИ сообщений о том, что минимум треть экспорта российской нефти в Европу идет через швейцарского нефтетрейдера Gunvor Services. Хотя полный список владельцев Gunvor до сих пор не раскрыт, достоверно известно, что среди них есть близкий друг Владимира Путина Геннадий Тимченко. Достоверно известно и другое – сегодня цена блокирования закона о трансфертном ценообразовании равна примерно 10 млрд долл/год.

Сегодня уже никого не удивляет тот факт, что правительство "не заметило" требования президента в его бюджетном послании от 25 мая 2009 года "оперативно принять поправки в налоговый кодекс в части, касающейся контроля за трансфертным ценообразованием".

Зато после вхождения Gunvor долей в разработку нефтяных месторождений в российском секторе Каспийского моря появилось поручение правительства проработать вопрос о предоставлении льготы в виде освобождения от уплаты экспортной пошлины на нефть, добываемой в этом во всех отношениях курортном месте мелководного бассейна с хорошо развитой инфраструктурой.

Подобные привилегированные условия создаются еще для одной компании, полный список владельцев которой также не раскрыт, но также достоверно известно, что среди них опять же есть близкий друг Владимира Путина. Это - зарегистрированная в Лондоне компания Millhouse Capital Романа Абрамовича.

Сквозь призму ее интересов становится понятным, например, недавнее требование председателя правительства, прозвучавшее в магазине "Перекресток", принять закон о торговле и с его помощью перераспределить торговую наценку на мясо от розницы к переработке. Откуда такая забота о переработчиках? Посмотрите на структуру активов, находящихся под управлением Millhouse Capital - в ней много российских мясокомбинатов и нет розничных магазинов, доход которых, между прочим, является, как правило, единственным источником финансирования местных бюджетов.

И, наконец, стала понятной "сделка века": 28 сентября 2005 года "Газпром" по рыночной цене купил у Millhouse Capital нефтяную компанию "Сибнефть", заплатив за 72,6% ее акций 13 млрд 91 млн долларов живыми деньгами. Напомним, что компания в свое время досталась Роману Абрамовичу за 90 млн долларов на залоговом аукционе. Как известно, те залоговые аукционы были официально признаны Счетной палатой РФ незаконными, а права собственности, полученные на них - нелегитимными. Сделка с "Газпромом" как раз решала эту основную проблему владельцев сомнительных российских активов.

Для сравнения. Реприватизация "Сибнефти" проходила вслед за реприватизацией "Криворожстали" на Украине. Там прежнему владельцу металлургического комбината из вырученных от повторной продажи 4 млрд 800 млн долларов вернули затраченные им на его покупку 800 млн. А вырученные от повторной продажи "Криворожстали" 4 млрд долларов были потрачены правительством Юлии Тимошенко на выплаты долга по советским вкладам граждан в украинском сбербанке.

РАСЧЕТ ПО ПОНЯТИЯМ

Итак, глава совета директоров "Газпрома" – компании, которая оказала услугу ценой в 13 миллиардов долларов Роману Абрамовичу, – 2 марта 2008 года стал президентом России. Но путь его к этому креслу начался за два с половиной года до того, еще в 2005 году, сразу после описанной выше сделки. Спустя 1,5 месяца после нее, 14 ноября 2005 года Медведев был назначен Владимиром Путиным на должность первого вице-премьера – куратора популярных национальных проектов с явно президентской перспективой.

Сегодня "Газпром", по-видимому, пытается как-то отбить деньги, затраченные на покупку "Сибнефти" и выборную кампанию. Напомню, что им был взят синдицированный кредит у западных банков на 12 млрд долларов, а падение мировых цен на нефть и природный газ реально ухудшило финансовое положение заемщика.
Вызывающее поведение "Газпрома" может быть связано также и с тем, что конкурирующей с "Газпромом" "Роснефти" подобный нефтяной актив – "Юганскнефтегаз" - достался всего за 50% от его рыночной стоимости.

ДАСТ ЛИ ТАНДЕМ ТРЕЩИНУ?

Не исключено, что конкуренция "Газпрома" и "Роснефти" вообще является внутренней пружиной разворачивающегося конфликта президента и председателя правительства.

Между тем, действия Дмитрия Медведева как президента страны в борьбе с диктатом сырьевых олигархов могли бы быть весьма эффективными. Именно его знание всей подноготной нефтегазового комплекса при наличии политической воли помогло бы разобраться с рентными, незаработанными деньгами нефтяников и тем самым избавить страну от "голландской болезни" и даже от коррупции.

Недавно он вроде бы заявил о своих намерениях, написав в статье "Россия, вперед!": "Двадцать лет бурных преобразований так и не избавили нашу страну от унизительной сырьевой зависимости".

Статья президента была опубликована 10 сентября. А уже на следующий день Владимир Путин не исключил своего участия в президентских выборах 2012 года, тем самым подтвердив догадку о кризисе правящего тандема. А с Медведевым он пообещал договориться перед выборами…

Возможно, пытаясь избежать такого развития событий и вырваться из объятий предшественника, президент решил действовать на опережение: обострить и разрешить конфликт сейчас, а не тянуть с ним до президентских выборов. Тем более, осознавая, что срок полномочий проходит, а кризис не дает возможности заручиться надежной поддержкой избирателя.

Однако возможна и другая трактовка происходящего. Сказав, что они с Медведевым "договорятся", потому что "одной крови", Путин раскрыл кремлевский сценарий предстоящей через те же 2,5 года выборной кампании 2012 года: начавшаяся с обращения Медведева захватывающая "борьба нанайских мальчиков" заставит избирателей не обращать внимания на любых других кандидатов в президенты. А победитель и побежденный вновь поделят власть между собой, тем самым лишь отразив сложившееся в результате "голландской болезни" разделение властей по-русски: между нефтяниками и газовиками…