Тайна "русской рукописи" Конрада Лоренца

Вот уже несколько поколений детей и взрослых читает научно-популярные книги Нобелевского лауреата Конрада Лоренца "Человек находит друга", "Кольцо царя Соломона". Но до сих пор мало кто знает, что свой фундаментальный труд "Введение в этологию" австрийский ученый называл "русской рукописью".

Оказывается, он написал ее в советском плену, сначала в Армении, затем в Подмосковье. О том, как ему это удалось сделать, и о других ранее неизвестных фактах в истории науки, в интервью Радио Свобода рассказала научный сотрудник Института истории естествознания и техники РАН Елена Гороховская.

Поведение – одно из самых сложных явлений в живой природе. Что движет поступками животных и людей? Почему агрессия вдруг проявляется без явных причин? Что такое инстинкт? Зачем животные иногда имитируют процесс охоты, будучи сытыми? Дать ответы на эти вопросы пытались многие ученые - зоологи, физиологи, психологи, генетики. Для того, чтобы понять, что лежит в основе нашего поведения понадобилось отдельная наука – этология. Истории ее возникновения и ее основателю Конраду Лоренцу (1903 - 1989) посвятила свое исследование Елена Гороховская.

В 1930-е годы наблюдения за животными навели Конрада Лоренца на мысль, что звери иногда что-то делают только ради того, чтобы совершать само действие. И далеко не все поступки можно объяснить рефлексами – условными и безусловными. Революционные по тем временам идеи нашли признание в научном сообществе уже в послевоенное время. Зоологи были рады тому, что новая сложная теория Лоренца дает возможность рассматривать естественное и разнообразное поведение животных в природе, а не сводить все к примитивным физиологическим реакциям в лабораторных условиях.

Уже позже, в 1950-е годы на основе научных трудов Лоренц пишет свои знаменитые научно-популярные книги "Человек находит друга", "Кольцо царя Соломона".  "Если поначалу Лоренца интересовали животные, - рассказывает Елена Гороховская, - то потом он понял, что этология смогла понять то, что не замечают психологи в изучении человека. И поэтому каждая интересующаяся наукой домашняя хозяйка на Западе уже в конце 1960-х  знала, что такое этология. Начинается необыкновенный подъем новой экспериментальной науки."

В 1973 году Конраду Лоренцу вместе с его коллегами Карлом фон Фришем и Николасом Тинбергеном присуждают Нобелевскую премию - "за открытия, связанные с созданием моделей индивидуального и группового поведения  животных." В связи с этим ученый оказался под пристальным вниманием коллег и биографов, которых заинтересовала его жизнь и деятельность в период Третьего рейха.

Лоренц, как многие немецкие и австрийские биологи, был членом Национал-социалистической рабочей партии. Правда, до сих историки спорят о том, не было ли фиктивным его членство. (Например, нет пока сведений о том, платил ли он взносы). Однако доподлинно выяснено, что после аншлюса Австрии Лоренц добровольно написал заявление в партию. Он считал, что эта политическая сила несет большую социальную пользу даже для науки.

Стало также широко известно, что в работах 1930-40- годов Лоренц предлагал принимать специальные меры, "чтобы элиминировать неполноценные элементы популяции человеческой."

Разумеется, сам ученый в послевоенные годы пояснял, что не имел в виду убийства. "По видимому, - полагает Елена Гороховская, - он имел в виду принудительную стерилизацию, которая довольно широко обсуждалась в мировых научных кругах до Второй мировой войны в качестве меры по борьбе с вырождением и антисоциальным поведением".

Лоренц также утверждал, что только в 1943 году узнал о концлагерях. Тем не менее, в армию он был призван еще в 1941 году, а в 1944 году оказался на Восточном фронте. Сначала он служил в Польше в тыловом госпитале по своей основной специальности - психиатрия и неврология. Как он вспоминал, с Восточного фронта возвращались люди в ужасном психическом состоянии.

Затем около месяца полевым хирургом Лоренц провел под Витебском, а в мае 1944 года во время отступления немецких войск был захвачен в плен. В 1947 году Лоренц был репатриирован на родину. За годы плена ему удалось написать фундаментальный научный труд "Введение в этологию".

Один из экземпляров научной рукописи советские власти разрешили взять ему с собой на родину. "Ни клочка не разрешали брать с собой другим военнопленным, - отмечает Елена Гороховская, - а Лоренцу сказали: "Если вы хотите взять свою рукопись, перепечатайте  ее на машинке, и одну копию мы пошлем цензору, чтобы он дал разрешение на вывоз". Разрешения от цензора так и не дождались, но начальник лагеря, благоволивший к Лоренцу, позволил все равно взять рукопись домой – под честное слово, что там нет политических идей."

Однако уже в 1990-е годы, когда ученым открыли доступ в спецархивы, выяснилось, что в России сохранилось  два экземпляра рукописи. Один из них был отправлен цензору, а другой, с сопроводительным письмом, был адресован советскому академику: "Уважаемый герр академик! Я вам писал из Армении письмо. Я уверен, что именно благодаря вашему содействию я оказался в Красногорске, мне дали возможность перепечатать рукопись, спасибо большое".

К кому же в то время мог обращаться пленный ученый-австриец? Елена Гороховская предполагает, что это мог быть директор Физиологического института академии наук Леон Орбели.  То есть тот, кто был способен оценить и поддержать талант и идеи Лоренца. Его научный авторитет, несмотря на связь с Третьим рейхом, был высок среди советских коллег. Например, когда первое время Лоренц находился в лагере для военнопленных под Кировым, ему доверили в качестве врача целый год вести отделение на 600 коек. Там он смог вылечить известный еще с Первой мировой войны синдром, когда люди, попадая уже в мирные условия, умирали от стресса и истощения, не желая принимать пищу.

На особом положении был Лоренц и после того, как его переместили под Ереван. Оказалось, что советский служащий, главный врач этого лагеря почитал медицинские заслуги отца Лоренца. Вскоре он проникся и к сыну и старался поддержать коллегу как мог, вплоть до того, что разрешил Лоренцу свободное перемещение.

Неожиданно из Еревана Лоренца перевели в Красногорск, в лагерь для "привилегированных" военнопленных. А в конце 1947 года он - вместе со своим научным трудом - был отправлен через Румынию в Австрию.

С тех пор третий экземпляр рукописи, привезенный из плена, ученый называл "русской рукописью". На ее основе он опубликовал несколько важнейших монографий. Но в середине 1960-х случайно потерял ее у себя дома. В 1990-м, через год после смерти автора, рукопись нашли и опубликовали его родственники. Оказалось, что ее содержание отличается от  вариантов, оставшихся в российских архивах. Только теперь ученые могут сравнить варианты и понять, в чем заключался смысл разночтений.

По материалам аналитического журнала "Время и мир".