Продолжается дискуссия о допустимости размещения на улицах Москвы стендов о роли Сталина в Великой Отечественной войне. Общественная палата вчера назвала такое решение московского руководства необдуманным и провоцирующим конфронтацию. Споры о сталинизме и антисоветизме в последнее время связаны с именем Владимира Долгих, бывшего секретаря ЦК КПСС и кандидата в члены Политбюро. Самые громкие из них разгорелись после снятия вывески с шашлычной "Антисоветская", и вот теперь - после решения московского комитета по рекламе о "сталинских" плакатах. Владимир Долгих не дает комментарии и интервью, отказывается от участия в телепрограммах. Его аудитория сужена до двух советов: Совета ветеранов Москвы и Общественного совета (последний был создан два года назад по распоряжению мэра Лужкова для "конструктивного диалога общественных организаций и органов государственной власти").
Тем не менее, на диалог с Радио Свобода
Владимир Долгих согласился.
Владимир Долгих принадлежит к тем людям, которые считают Иосифа Сталина "противоречивой исторической фигурой".– На Сталина надо смотреть с позиции исторической правды, – говорит Владимир Долгих. – Вопрос о его роли, начиная с XX съезда партии, разделил общество на сторонников Сталина и его противников. Фигура Сталина противоречивая. Конечно, в народе никогда и никто не приветствовал такие вещи, как репрессии. Первые ГУЛАГи или лагеря организовывал в стране Троцкий, Сталин является продолжателем. При этом надо иметь в виду, что страна все время находилась в состоянии классовой борьбы. Были преступления и недостатки, в том числе в период войны. В то же время нельзя не видеть того, что на самом деле произошло. Возьмите предвоенный период. Страна за девять лет провела такую индустриализацию, которая позволила создать оборонную промышленность, и оказалась подготовленной к войне. В течение войны было выпущено больше ста тысяч танков и самолетов. Была проведена блестящая работа по перебазированию всей оборонной промышленности с западных оккупированных территорий. Не так просто организовать все это в кратчайшие сроки в военное время. Наконец, взгляните на результаты войны: все военачальники, которые являются маршалами Победы, например маршал Жуков, признавали роль Сталина как достойного верховного главнокомандующего.
Мы знаем об оценке Сталина его заклятым врагом Черчиллем: Сталин принял страну с сохой, а оставил ее с полным золотым запасом и атомным оружием. В конечном счете Сталин был крупнейшим теоретиком. Все это отбрасывать и не учитывать ни в коем случае нельзя.
Видео: Владимир Долгих о Сталине
Ветераны считают, что нельзя показывать кадры с Ялтинской, Тегеранской или Потсдамской конференции и вырезать Сталина или Молотова: это историческая неправда, они были главными проводниками интересов Советского Союза на этих конференциях. Исторической неправдой является и то, что в городе вывешиваются портреты маршалов Победы и исключаются портреты Сталина. Все это не значит, что мы должны не учитывать ошибки и преступления. Китайцы тоже столкнулись с таким явлением, когда была культурная революция, проводимая Мао Цзэдуном. Там погибло не меньше людей. Тем не менее в Китае повели себя достойно: не охаяли свою страну, не снизили уровень патриотизма, – сказал Владимир Долгих.
По данным общества "Мемориал", только в 1937-1938 годах по политическим мотивам были арестованы более 1 миллиона 700 тысяч человек. Более 725 тысяч из них были расстреляны.
Репрессированные были и в семье Владимира Долгих.– У меня был репрессирован муж моей родной сестры Иван Романович Маслов, – рассказывает Владимир Долгих. – Мне приходилось в Норильске работать с огромным количеством людей, которые были репрессированы. С их стороны не было никакого злопыхательства после смерти Сталина, в период ажиотажа с культом личности Сталина после выступления Хрущева. Эти люди вели себя лучше, чем многие члены партии.
Владимир Долгих не любит, когда Сталина называют "эффективным менеджером", но не потому, что считает его неэффективным.– Сталин – историческая фигура значительно более крупного масштаба, чтобы называться эффективным менеджером. Этот человек если не выше, то уж, во всяком случае, не ниже таких людей, как Рузвельт и Черчилль, – объясняет Владимир Долгих.
Как формировалось такое мнение Долгих о Сталине и исторической правде? Чтобы ответить на этот вопрос, стоит заглянуть в его прошлое.
Владимир Иванович Долгих родился в 1924 году в городе Иланский Красноярского края. Есть две противоположные легенды о его семье: согласно первой, популярной, отец Владимира Долгих был высокопоставленным сотрудником органов безопасности, возглавлял в 1950-е ГУЛАГ. Согласно второй, Владимир Долгих родился в семье потомственных железнодорожников, а его отец в 1937 году был репрессирован. Первая легенда неверна: ГУЛАГ возглавлял однофамилец Долгих. Вторая верна частично: отец Владимира Долгих действительно был железнодорожником. В детстве Владимир Долгих руководил пионерской и комсомольской организацией, читал Мопассана, вместе с братьями и сестрами мечтал стать работником железнодорожного депо.– Нас в первую очередь воспитывала школа, потому что у родителей тогда не было высшего образования, – говорит Владимир Долгих. – Мне помогло то обстоятельство, что мой брат заведовал железнодорожной библиотекой. Я пристрастился к чтению: читал очень много, правда, без соответствующего подбора. Школьником я перечитал всего Мопассана, хотя, наверное, судя по школьной программе, можно было этого избежать. У нас была железнодорожная семья – старшие братья, сестры и я хорошо знали, что значит быть диспетчером, кондуктором, машинистом, руководителем дорожного отделения. Ими мы и стремились стать. Судьба распорядилась по-другому.
Когда 5 декабря 1941 года Владимиру Долгих исполнилось 17 лет, он пошел на фронт, прибавив себе год.
– Таких, как я, тогда были сотни тысяч человек: узнав о начале войны, они шли в военкоматы с просьбой вступить в ряды Красной Армии и защищать страну. Большинство моих однокашников были на год старше меня – 1923 года рождения. А я, лидер комсомольской организации, считал ниже своего достоинства не поддержать товарищей по вступлению в ряды армии. Тем более нас пригласили в районный комитет комсомола и задали вопрос: ребята, боитесь идти в армию? Естественно, все заявили, что даже не думают бояться. Идти на фронт меня подтолкнуло чувство товарищества и в известной степени – лидерства, – сказал Владимир Долгих.
Заявление ТАСС о необоснованности слухов о скорой войне с Германией от 14 июня 1941 года вошло в учебники истории. Владимир Долгих, однако, утверждает, что известие о начале войны ни для кого из простых людей в его родном поселке Иланский не стало неожиданностью:– Мы мало себе представляли, как война может затронуть каждую семью, что это будет за война – все охали и ахали. Но к самому известию о начале войны общество было подготовлено: в 1941 году даже в таком поселке, каким был город Иланский, появлялись лекторы, которые рассказывали о международном положении. Мы четко знали, например, об оккупации немцами Норвегии и Франции…
К войне 17-летнего Владимира Долгих и его ровесников готовили в Красноярске около месяца, затем направили в Москву в составе маршевой роты шестой гвардейской стрелковой дивизии. Владимир Долгих стал политруком роты. Он считает, что это отчасти спасло его: в феврале 1943 года в городке Орловской области он был ранен во время миноментного обстрела, и искали его как политрука –
с особым старанием.
– Надо прямо сказать: это не такое современное оружие – умение бросать бутылки с горючей смесью. Несколько недель в Красноярске мы учились именно этому, хотя, бросать гранаты тоже… Неправильно считать, что каждый, кто воевал, ничего не боялся и все было окей. Война – тяжелейшее дело. Ранен я был 9 февраля после взятия города Ливны Орловской области – наша рота подверглась минометному обстрелу. Страха не испытывал, поскольку очнулся уже закутанный в конверт из одеяла на печке в небольшом разбитом домике без окон и дверей. Я был политруком роты, очевидно, товарищи сообщили в медсанбат, что я ранен. Меня могли и не найти: счет времени шел на часы, а был февраль.
Как известно, Сталин заявлял, что в Великой Отечественной войне погибли 7 миллионов человек. Хрущев - 20 миллионов. Горбачев - 27 миллионов человек. Из 27 миллионов более 15 составляли мирные жители. Споры об этих цифрах продолжаются по сей день.
– После ранения я попал в Иркутск к старшему брату, – продолжает Владимир Долгих. – Надо было думать об образовании, я вынужден был пойти на подготовительные курсы, а такие были при горно-металлургическом институте. Я окончил институт с красным дипломом по тонкой металлургической технологии – аффинажу платиновых металлов. Таких специалистов практически не было, а нужда в них была: в 1935 году появился Норильский горно-металлургический комбинат, где как раз перерабатывали руды, которые содержали платиновые металлы…
Видео: Владимир Долгих о модернизации
ЗагрузитьС поста директора Норильского комбината меня избрали на пост первого секретаря Красноярского крайкома КПСС. За три года партийной работы удалось создать и реализовать программу комплексного развития производительных сил Красноярского края: металл, древесина или уголь добываются, затем перерабатываются с разными целями на разных заводах – задействованы в итоге все предприятия. Это был первый опыт в стране, где были большие сырьевые и энергетические ресурсы, но намечалось неорганизованное, хаотическое использование предприятий.
Эта комплексная система была поддержана Центральным комитетом партии. Когда я был избран секретарем ЦК, продолжал заниматься промышленным производством: курировал геологию, черную и цветную металлургию, нефтяную и газовую промышленность, Ростехнадзор, строительство, всю энергетику и транспорт. Работы было очень много, но я считаю, что за тот период с начала 1970-х до 1985 года нам удалось создать топливно-энергетический комплекс, который до сих пор обеспечивает Россию.
Видео: Владимир Долгих о перестройке
ЗагрузитьПроблема современной номенклатуры, по словам Владимира Долгих, в непрофессионализме:
– Номенклатура в Советском Союзе – это состав людей, которые на протяжении длительного времени готовились к какой-либо работе. Мы в Центральном Комитете партии считали необходимым, чтобы на должность каждого директора завода в обязательном порядке были три-четыре кандидатуры на замещение. С этой целью мы организовывали их систематическую подготовку и переподготовку в различных комиссиях, посылали в заграничные командировки. Такая тщательная подготовка и позволила в короткий срок послевоенного периода организовать и наладить производство. Сегодня же главная беда решения многих вопросов – непрофессионализм.
Сегодня профессионализм Владимира Долгих не востребован никем, кроме Юрия Лужкова и Олега Митволя - для самопиара среди людей старшего поколения и неизменных взглядов.