Я хорошо знал Анну Политковскую, работал с ней в Чечне. В последние месяцы она занималась журналистским расследованием пыток в тюрьмах Рамзана Кадырова, поэтому первое, что приходит в голову и, вероятно, эту же версию будет отрабатывать следствие, – чеченский след, месть за разоблачение чеченской верхушки.
Думаю, это вполне состоятельная версия. И более того, сегодня ее высказывали уже неоднократно. Мне вообще кажется, что Рамзан Кадыров и то, что делают его люди в Чечне, было основным предметом журналистики Анны Политковской уже в течение очень длительного времени. То есть она была одним из последних журналистов, которые писали о фактической диктатуре Кадырова, о произволе, о насилии в Чечне. На сегодняшний день нет ни одного журналиста, который бы так кропотливо исследовал конкретные дела, который бы показывал, что из себя представляет кадыровская Чечня.
Анна Политковская очень много писала непосредственно о Рамзане Кадырове, о том, что он делал, о том, какие зверства творили его люди в Чечне. Она рисовала картину, абсолютно не совпадающую с образом Чечни, который пытаются сегодня сформировать Кадыров и его пиар-группа. У него сейчас достаточно профессиональные журналисты, профессиональные политтехнологи, которые пытаются создавать образ восстанавливающейся Чечни. А Политковская очень много выступала на разных зарубежных конференциях, респектабельных форумах и рассказывала о том, что происходит, рассказывала именно о Чечне Кадырова.
Чеченская версия кажется очень убедительной. И честно говоря, если даже она будет расследоваться, мне сложно сказать, каковы шансы найти виновных. Мне кажется, что при сегодняшних политических обстоятельствах в России эти шансы очень невелики.