Правозащитнику Александру Подрабинеку угрожают смертью. Кто? "Понятно - кто. Если кому-то непонятно - это его проблемы!" - заявил пользователь ЖЖ, относящий себя к либеральным политикам.Мне - НЕпонятно. Я считаю, что обстоятельства поступивших по телефону, почте, e-mail и т.п. угроз Подрабинеку нужно немедленно предать гласности! Нужно сию секунду разоблачить те источники, которые передают угрозы, а через них выйти и на "заказчиков". Можно обратиться в Генрокуратуру, предоставив ей копии аудиозаписей телефонных угроз. Заодно выложить эти аудиозаписи в Интернет (приладить к телефону записывающее устройство в состоянии любой журналист, которым является Александр Подрабинек). И только так мы остановим произвол.
Ведь даже если прокуратура не найдет "лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых", заявление в этот орган с официальной печатью и подписью оперативника будет служить внушающим доверие документом для всех правозащитных организаций. Документом, который окончательно убедит мировую общественность в глубине творящегося в России произвола по отношению к журналистам. Это станет последней каплей. Россию, наконец, исключат из ПАСЕ...
Какова зарубежная реакция на травлю Александра Подрабинека сейчас? Уже достаточно серьезная.
"Репортеры без границ" выразили возмущение.
"Россия: журналисту угрожает смерть", - таково название сообщения "Reporters sans frontières". Шашлычная "Антисоветская", из-за которой все началось, даже не упоминается. Из сообщения можно понять: есть правозащитник и журналист нескольких изданий (Ежедневный журнал, Prima-News, RFI), к тому же бывший советский диссидент, и есть угрозы смерти, поступившие ему от неизвестных.
Из сообщения неясно, что пикетирующие дом Подрабинека "Наши" (в отсутствие официального заявления в прокуратуру об угрозах смерти, разрешите считать это главной достоверной информацией о давлении на Подрабинека) добиваются от него официальных извиинений за слова, сказанные в адрес советских ветеранов. Пикеты "Наших" у собственного подъезда - это, безусловно, неприятно. Интересно, законно ли выданное на них разрешение властей? Но это пока, слава богу, только пикеты.
Прекрасно понимая чувства человека, которому угрожают, отключившего свой мобильный телефон и предоставившего общение с прессой супруге, в выходные я связалась с
Александром Подрабинеком по скайпу. "Как у вас дела?
Визиты от "курьеров каких-то фирм" прекратились?", - во мне говорило элементарное человеческое участие, а не журналистский интерес. "Спасибо, все нормально. Они охотятся за мной, но они дурные охотники... Впрочем, есть люди и посерьезнее "Наших", - ответил Подрабинек.
Что ж, в понедельник и вторник я опять пытаюсь связаться с Александром. На этот раз уточняю, что я выступаю как журналист, что вся редакция очень обеспокоена, что ничто лучше его голоса не убедит наших слушателей в том, что этот произвол важно и нужно остановить. Нет ответа. Редакция вынуждена вновь связываться с женой Александра
Аллой Подрабинек. Она сообщает, что с мужем связи нет и у нее. О "серьезных людях" достоверно по-прежнему ничего не известно, в милицию обращаться у Аллы твердого намерения нет.
"Правозащитное сообщество игнорирует сложившуюся ситуацию", -
написал через свой свой блог сам Подрабинек. Сегодня оно высказалось.
Руководитель МХГ Людмила Алексеева в эфире РС заявила о беспрецедентных в правовом государстве нападках на журналиста и правозащитника. Алексеева задается вопросом, почему из-за неправомерной реакции на его статью страдает не только он сам, но и жена и дочь Подрабинека?"
Почему правозащитник, по сути, обличающий непрозрачность мотивов действий спецслужб, сам несколько непрозрачно доносит информацию о непонятных угрозах? Как журналисту при этом не впасть в паранойю? Верить на слово? Но ведь пресса, а с ней и читатели, должны опираться на доказательства. А пока нас, равно как и владельцев злополучной "Антисоветской", не покидает ощущение ирреальности.
И в скобках. Пока действия СССР, которые
обличает Подрабинек в своей статье, не предали международному трибуналу, в России действует
организация, скрупулезно документирющая сведения о жертвах советских репрессий. Называется она "Мемориал". Работники этой организации не гнушаются подавать заявления в прокуратуру, судиться с теми, кто им, бывает, угрожает - и при этом в постоянном режиме давать комментарии журналистам. Так "мемориальцы" реализуют диссидентский принцип "чем больше кричишь - тем меньше трогают". Но - в правовом, доказательном поле.