Когда началась первая чеченская, я работал в "Московских новостях".
Ехать в Грозный решили сразу после Нового - 1995-го - года. В Назрань добрались уже в темноте 6 января. Пошли в администрацию Ингушетии, в то время сам Аушев помогал как мог, поэтому ночевать нас отправил к своим родственникам, буквально в двух шагах от его резиденции. Напоили, накормили, рассказали, как добраться до Грозного - дорого, но таксисты возили. Кстати, предупредили, что опасаться надо гораздо больше наших блокпостов, поэтому перед поездкой ничего не пили (нет-нет, не спиртное, этого категорически нельзя - теряешь чувство опасности). Я имею в виду любую жидкость. При этом "на дорогу" раза по три помочились - очень полезно: будут бить по почкам, мочевой пузырь останется целым. Опасались не зря - нет, бить не били, но тормозили с досмотрами, проверками документов раз десять, причем настрой у наших бойцов был такой, только дай повод... Так что в Грозный въехали только часам к двенадцати.
Я затвором молотил как угорелый все подряд - такие персонажи, обалдеть: и поляк из Красного креста, и русские ополченцы, украинцы из УНА-УНСО, православные священники… Оружие - от станковых пулеметов до винтовок образца 41-го года.
Подходит чеченец, Султан, говорит, пойдем покажу, что вокруг творится… Только, говорит, ты быстро бегаешь? Думал, шутит - нет, к сожалению, не шутил. Там, говорит, бульварчик есть - снайпер русский сидит, так что нужно перебежать.
Дошли до этого бульвара, правда, нас уже было человек семь, тех, кто вызвался помогать и нас сопровождать для безопасности. Спрашиваю: так если вы знаете, где он сидит, чего же вы его не захватите, вы же местные, все дворы знаете? Да мы, говорят, его в бинокль рассмотрели - пацан, жалко его... Он там четыре дня уже сидит, озверел, наверное, совсем - стреляет по всему, что движется. Ваши входили в город клиньями, а когда технику пожгли и они стали из города выходить, то на чердаках оставляли снайперов и наводчиков, ну а потом просто их бросили на этих чердаках.
Мне к этому времени на экскурсию расхотелось совсем, но вида не подал. Султан говорит: побежим по двое, если что, я тебя прикрою. КАК Я БЕЖАЛ! Если бы это были олимпийские игры! Но это была война. Если бы попали, Султан меня бы не прикрыл - на ста метрах я его обошел метров на двадцать. Сердце чуть не выскочило. Но самое бредовое - это то, что меня, русского, уроженца Воронежа, прикрывал собой чеченец от какого-то русского пацана из какого-нибудь Смоленска. Кто возьмется меня после этого убеждать, что в войне есть какой то смысл? Нет, любая война БЕССМЫСЛЕННА.
В ту войну мне приходилось снимать по обе линии фронта. Эти снимки датированы началом 95-го.
Живой Журнал Алексея Сазонова