Ирина Лагунина: Мир подводит итоги года и строит прогнозы на 2012-й. Сербия в этом смысле не исключение. Там, правда, во многом, как и в России, оценки и прогнозы несколько смещены. То есть кризис кризисом, а поросенок удался. Рассказывает наш корреспондент в Белграде Айя Куге.
Айя Куге: Любопытно, что среди десяти самых важных событий минувшего года сербы не называют такие актуальные в мире темы, как экономический кризис или грозящий их собственной стране кризис долгов, протрясавший многие страны Европы – от Афин до Дублина. Сербы любят праздники и праздничные застолье. В течение нескольких дней перед Новым Годом на рынке нельзя было пробраться через толпу. Люди несли домой полные сумки продуктов, запекали целиком поросят и индеек, стояли в очередях за подарками. Создавалось впечатление, что никакого кризиса нет, несмотря на то, что зарплаты в Сербии самые низкие в регионе – они составляют около 350 (трёхсот пятидесяти) евро, при безработице в 22%. А цены на многие товары даже выше цен в Европе.
О том, какие проблемы мучают Сербию и сербов, мы разговариваем с профессором экономики на Философском факультете Университета в Белграде Миодрагом Зецом. В чём дело – почему низкие показатели уровня жизни граждан Сербии, кажется, не совпадают с реальным образом жизни? Внешне выглядит, что сербы живут намного лучше, чем позволяют их заработные платы.
Миодраг Зец: Благодаря одному невидимому и одному видимому потоку средств, поступающих через неформальные каналы, уровень жизни в Сербии намного выше, чем зарегистрировано статистикой. В нашей финансовой системе большая часть денег не проходит через банки, а оборачивается в «чёрной зоне». Статистика это явление не учитывает, но следствием его является как реальное повышение жизненного уровня, так и сохранение высоких цен. Если бы спрос на товары упал, цены бы резко снизились, в том числе цены на недвижимость – но они не падают.
Айя Куге: Действительно странно для условий кризиса – цены порой даже растут. Например, согласно статистике, они повысились в среднем за год в потребительской сфере, по данным на ноябрь 2011 года, на 8%. А тем временем граждане порой беззаботно повторяют: мы привыкли к кризисам.
Миодраг Зец: У Сербии есть ряд стратегических проблем, которые аккумулируются, тлеют и расширяются. И одна из самых серьёзных: экономическая система Сербия унаследована от бывшей Югославии. Кстати, из-за такой системы Югославия и развалилась. Суть ее состоит в постоянном накапливании дефицита. Сербия завалена проблемами из-за того, что в 2000 году она поменяла режим на словах, но не по сути – не поменяла модель, не ликвидировала очаг того системного дефицита, который накапливался и накапливался и со временем начал серьёзно расшатывать общество и экономику страны. Речь идёт о базовом стратегическом дефиците в стране, у которой нет природных ресурсов. Сербия не Россия, которая может продать нефть и выплатить пенсии, продать золотые резервы и погасить внешние долги. У Сербии таких ресурсов нет. Её трагедия в том, что она не столь большая, как Россия, но также и не столь маленькая, как Черногория. Сербия малая страна, воспринимающая себя как большую. Она существует в неприятной исторической ситуации: она должна жить за счет своего труда, а это очень неприятно. Нет у неё никаких внешних ресурсов, нет колоний, как раньше у Великобритании или Франции. Нам остаётся только работать, но это нам не очень хочется.
Айя Куге: Кстати, на зимние праздники трудовая жизнь в Сербии полностью остановилась на 9-10 дней – все государственные предприятия и организации связали новогодние выходные с празднованием православного Рождества, как и большинство частных фирм. Всё это, несмотря на факт, что и без того низкая эффективность производства в стране в последние годы только падает, что нет достаточно товаров для экспорта, чтобы покрыть огромный импорт товаров широкого потребления.
Миодраг Зец: Это глубокое несоответствие между производством и потреблением никак не удается закрыть. Сербия -одна из редких стран, в которой сохранилась ностальгия по коммунизму, даже больше, чем в России. Однако проблема не в производстве и потреблении, и даже не в безработице. Сербия не отказалась от идеологических предрассудков, от идеи о том, что Тито был лучше и при нем все было лучше. Она, вместо того, чтобы искать решения сегодня, ищет решения в прошлом, или в каких-то нереалистических ожиданиях от Европы. У нашей страны есть такая тенденция: не раскрыть проблему, которую нужно решать сегодня, а «сунуть её под ковёр». Начиная с 60-тых годов, мы потребляли больше, чем производили. Наше общество основано на перераспределении – власти сообщают, что будут нам что-то давать, но не говорят, у кого они это возьмут. Создано общество, в котором политики являются как какие-то мессии, которые всё решат взмахом волшебной палочки. Сербия похожа на евреев, сорок лет бродящих по пустыни за Моисеем в поисках обещанной Земли Обетованной. Как известно, Моисей умер, не дойдя до земли Ханаан. А у нас это продолжается, и каждый политик обещает то, что на самом деле дать не в состоянии.
Айя Куге: Политики в Сербии часто употребляют слово «реформы», но так и не ясно, где и как они проводятся, и с какими результатами.
Миодраг Зец: В 1960 году, когда начались первые промышленные преобразования в Югославии, слово «реформы» прочно вошло в постоянное употребление у сербских политиков. И эти «реформы» длятся у нас уже 50 лет! Все сербские, то есть югославские реформы, некоторые теперь называют «демократизацией», а на самом деле Иосип Броз Тито был гением, который вовремя умер. Он понял, что есть люди, которых он не может обеспечить работой, есть люди, которым он не в состоянии дать обещанную лучшую жизнь. Поэтому Тито провел либерализацию режима, дал всем заграничные паспорта и вместо товаров экспортировал людей. Югославы, начиная с 60-х годов, отправлялись работать на Запад, а деньги посылали домой. Так уровень потребления постоянно был выше, чем произведенная в стране прибыль. Кризис в такой системе начинается в тот момент, когда отношение притока и оттока денег приближается к равновесию, или когда отток денег из страны начинает превышать приток. Это с нами и произойдет приблизительно через полтора года, когда все способы покрытия дефицита будут исчерпаны, и в Сербии разразится глубокий кризис.
Айя Куге: Напомню, наш собеседник – ведущий профессор экономики Сербии Миодраг Зец.
Вы считаете, что нынешнее плачевное экономическое состояние Сербии является производным системы, которую страна унаследовала от Социалистической Югославии – жить в кредит, не задумываясь о том, как возвращать долги?
Миодраг Зец: Больше всего кредитов Югославия набрала в 70-е годы, подобно тому, как сегодня делает Сербия. Потом, в 80-х, она оказалась не в состоянии эти долги погашать. Тито умер под конец периода временных льгот по кредитам. Если бы он пожил ещё несколько лет, должен бы был решать, как вернуть долги. В 80-х годах, когда Югославия исчерпала возможности продолжать жить в долг, начали активно печатать деньги. Потом, в 90-х годах, у нас в Сербии возникла одна из самых стремительных инфляций в мире, произошел обвал валютных резервов и сбережений граждан в банках. Мы рассорились, началась разруха и война – все в этом государстве хотели тратить, и никто не хотел платить. Мы были как семья, к которой постоянно поступали деньги из-за границы, а когда источник дохода иссяк – семья распалась.
Айя Куге: Однако после войн в бывшей Югославии, в Сербии в 2000 году, когда пал режим Слободана Милошевича, ожидания лучшей жизни были огромные.
Миодраг Зец: В 2000 году казалось, что произойдут перемены, но они не произошли. Долги были реструктурированы или прощены и государство снова начало функционировать через иностранные инвестиции, прилив капитала в банки, создание больших торговых центров. Диаспора снова стала присылать деньги и снова начала происходить их аккумуляция в стране. В 2005 – 2006 много денег в страну влилось с приходом иностранных банков и страховых компаний, а потом через приватизацию разных больших государственных предприятий, и это стабилизировало систему. Но теперь правительство быстрыми темпами взяло кредиты и уже ставится вопрос о грядущем финансовом кризисе – чем покрывать задолженность. Вторая большая проблема Сербии состоит в том, что она никогда – ни в 60-е, ни в 70-е, ни в 90-е, ни 2000 годы не была в состоянии покрывать необходимые инвестиции из собственного бюджета. Общество, которое имеет проблемы с накоплением денег, осуждено на большие проблемы в будущем.
Айя Куге: Это было мнение сербского профессора экономических наук Миодрага Зеца.